Новости

Звук съедаемого пенопласта

Понятие «ресайкл» — «переработка» затрагивает множество медиумов и привлекает художников, работающих в том числе со звуком. Проблематики экологичной переработки коснулся в своей инсталляции художник Николай Голиков. Поговорили с создателем инсталляции «Иллюзия вечности» об экологичном аспекте ресайкла и личинках, которые создают звук. 

Инсталляция «Иллюзия вечности», Николай Голиков

Расскажи, пожалуйста, как родилась твоя инсталляция «Иллюзия вечности»

Художница Илона Бородина рассказала мне о проекте учёных из Якутска под названием «Ксенос», где занимаются исследованием личинок зофобаса. Исследователи увидели, что личинки могут перерабатывать определённые виды пластика — полистирол и полиэтилен. Эта история меня вдохновила, захотелось сделать с этим проект. Я купил личинок, дал им пенопласт, понял, что они классно звучат. 

Получается, что ты шёл от материала в данном случае? 

На самом деле я практически всегда иду от материала, а потом уже появляется концепция. Концепция всегда честная, но сначала всегда материал. У меня в голове есть периодически пополняемый пул знаний и идей, из которых можно было бы сделать работу. Какое-то время они там варятся и в какой-то момент формируется понятие о том, что я хочу сделать и что я этим хочу сказать или о чём поразмыслить.

В твоей инсталляции звук реализован в многоканальном формате. С чем связано такое пространственное решение?

Идея использования многоканального звука в этой инсталляции состоит в том, чтобы максимально погрузить зрителя в происходящее. Звук, снимаемый контактными микрофонами c каждого куска пенопласта, передаётся в свою колонку и суммируется в пространстве. Всего в инсталляции шесть каналов.

Инсталляция «Иллюзия вечности», Николай Голиков

В твоей работе понятие ресайкл раскрыто в том числе со стороны экологии. Тема экологичной переработки материалов близка тебе? И насколько часто ты работаешь с ресайклом?

Первый раз (смеётся). Учёные из проекта «Ксенос» пытаются секвенировать ДНК микроорганизмов, которые живут в кишечнике личинок зофобаса, чтобы можно было получать фермент и делать биореакторы для утилизации каких-то видов пластика. Такая утилизация хороша тем, что она более экологична, чем сжигание. Получаются вещества, которые могут быть ассимилированы другими биоорганизмами и вернуться в природу. Тема переработки меня заинтересовала, потому что это способ вернуть углерод обратно в живую среду. По одной из теорий пенополистирол получается из полистирола, который получается из нефти. По одной из гипотез нефть — это биомасса, которая под влиянием высоких температур и большого давления превратилась в углеводороды. 

Планируешь ли ты развить эту инсталляцию?

В мае эта инсталляция будет экспонироваться на выставке на ВДНХ (прим. ред. — выставка «12 признаков живого», Государственный биологический музей имени К. А. Тимирязева), она приобретёт несколько отличное звуковое решение, более расширенное. Там будет выстроен павильон, в потолке которого будет расположен большой массив динамиков и акустическое восприятие будет сильно отличаться от того, что есть сейчас.

Что для тебя галерея-мастерская ГРАУНД Солянка?

Я часто бывал в галерее на Солянке, ещё задолго до того, как я начал заниматься искусством. Моё первое знакомство с галереей-мастерской началось, когда Владимир Ермаченков позвал меня делать в ГРАУНД Солянку нашу первую работу «Поэзия частей», с тех пор я регулярно сотрудничаю с ГРАУНДом. Галерея всегда содействует художникам. Например, когда мы с Владимиром делали перформанс «Симбионт», галерея предоставила нам резиденцию и помощь, у нас было место для репетиций. Это действительно галерея-мастерская, потому что в центре Москвы художники имеют возможность приходить и работать, выставляться и показывать свои проекты.